Говорят, вертолёты – это летящие души сгоревших танков. А видел ли ты, как летает танк ещё боеспособный? Не на помутневших фотографиях времён второй мировой волны, и не в цветастых мультиках, вызванных галлюциногенами и дедушкой Фрейдом, а живьём, причём когда ты находишься внизу, а означенный танк лихо проносится прямо у тебя над головой?
Смонтировав и установив крупнокалиберный станковый пулемет, расчёт устроился на привал в тени у холма. Пулемет им выдали на складе, расположенном километрах в пяти от стрельбищ, но таскать на своём горбу сто двадцать неудобных и угловатых килограммов тремя разноразмерными кусками, естественно, не хотелось никому. А поскольку были они все как один резервисты и к месту прохождения сборов прибыли на персональных автомобилях, проблему решили с элегантной простотой, свойственной всем военнослужащим, которые вот-вот отправятся на гражданку.
Зад новенького серебристого автомобиля "Мазда" (автоматическая коробка, автоматические стёкла, две подушки безопасности, отдельное кондиционирование воздуха на пассажирском сиденьи и эмблема крупной софтверной корпорации на боку) со стоном просел близко к земле.Передок – наоборот, воспарил к горним высям. Уже и находчивый командир расчёта, что придумал приспособить личный автомобиль под транспортировку оружия, начал понемногу сомневаться в удачности этой идеи. Но в патрубках и маслопроводах Фордовой приемной дытыны явно текло масло вседорожных джипов! Или же за время сборов машинка насмотрелась на танки и бульдозеры и тоже захотела стать большой и сильной. Так или иначе, но, периодически истошно подвзвизгивая двигателем и переваливаясь с кочки на кочку, автомобиль добрался непосредственно до огневого рубежа, исторг из чрева пулемёт и расчёт к нему и, утомясь, упокоился в стороне.
Резервисты эти, надо сказать, видели и слышали за время службы на полигоне много всяких диковинок.
Видели они, причём неоднократно, как молодой и неопытный водитель моментально наказывает армию на полтора миллиона зелёноамериканских долларов, ловко включив задний ход в подходящий момент и приведя двигатель в такую негодность, что только на слом.
Слышали они, причём отчётливо, что говорит водителю его командир танка. Что, в свою очередь, говорит командиру танка комендант полигона. Что всем им вместе говорит комиссия, которая всегда в таких случаях оказывается где-то поблизости со внеплановой инспекцией.
В качестве бесплатного аттракциона у них был такой каверзный участок на полосе препятствий, где постоянно переворачивались танки. Только прибудут новички танки погонять, только взревут моторы - и в тот же час все лица, свободные от караульной службы и даже некоторые несвободные бросают свои дела и несутся к заветному месту, наблюдать за трагикомедией в трёх действиях, которые вернее всё-таки назвать актами ввиду извращённо-полового окраса всего происходящего с непосредтвенно действующими лицами в ходе непременно следующего за сим разбора полётов.
Буквально по часам у них выверено было. Если кому-то было интересно, к примеру, посмотреть, как подъедет армейский чудо-бульдозер D9 и привычно зацепит очередную бронетанковую жертву – такой человек твёрдо знал, что ему следует быть на позициях ровно через сорок две минуты после начала маневров.
Некоторое время у них даже специальный навесик стоял на пригорке и складные стульчики для большего комфорта.
Вот когда они улеглись отдыхать, устав после очередной проверки очередным не по погоде активным полковником, на вершину пригорка выполз новенький израильский экспериментальный танк "Меркава 4".
А в новеньком израильском экспериментальном танке, между прочим, стоит новенький, экспериментальный и особо мощный дизель. И много всякой не менее экспериментальной электроники, в том числе – существенно облегчающей управление. Такой, знаешь, чтобы водитель мог легонько тронуть педаль, а бронированная махина чутко отреагировала бы. А поскольку в бою по танку могут пульнуть чем-нибудь самонаводящимся, конструкторы разумно предусмотрели возможность резкого рывка задним ходом. Чтобы, значит, в нужный момент выстрелить дымовые шашки и отпрыгнуть от греха подальше.
Вот и офицеру, которого за эти самые педали посадили, тоже всё объяснили про дизель и про электронику. И про педали трижды крепко наказали – понежнее, понежнее. Проверили дважды: понял? Понял. Как надо? Нежно. Сообразительный, стало быть, офицер, всё запомнил, умница наша.
Но ум – это, как известно, возничий колесницы тела. А чувства и рефлексы – её, колесницы, впряжённые лошади. И лошадям, этим в общем тупым животным, можно, конечно, преподавать латынь, но лучше всё-таки вбивать простые команды при помощи кнута.
С кнутом, да и вообще с рукоприкладством, в нашей славной армии дела обстоят плохо, то есть хорошо. Нету рукоприкладства, строжайше запрещено. Искоренено, как класс. Поэтому командование вынуждено обходится устными внушениями. А если командование и подчиненные, не дай еврейский бог, ещё и выходцы сами-знаете-откуда, устные внушения производятся совершенно по монголо-татарски.
- Васька! Мать твою .б! Ты куда выполз, у...н е.ипетский? Что стал, как х.. с бугра? Щас по тебе эти п...расы ПТУРСом х..нут и всё, п...ец, прос..ли манёвр! А ну с..ал оттуда на...й!!! БЕГОМ, ТВОЮ МАТЬ!
Последнюю фразу командир не проговорил и не проорал, а прорычал, да так, что если бы на полигоне случился лев, бёг бы он посрамлен куда-нибудь в саванну, к пигмеям и зебрам. Ещё и от комплексов лечился бы потом у заезжих сердобольных зоологов.
Этот Васька был скорее кот, чем лев. Поэтому ещё до того, как командир успел дорычать букву Ю, Василий ухватился за штурвал. Так младенец хватает ни о чем не подозревающего отца за бороду. Так утопающий хватается за соломинку. Так пьяница цепляется за столбик, в надежде дойти до припаркованного автомобиля.
Двигатель взревел. Танк рванулся и...
Окаменевший пулеметный расчет наблюдал в немом изумлении, как новенький экспериментальный танк "Меркава 4" пролетел по воздуху и приземлился точно на командирскую Мазду. |
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}